АВТОГРАФ МИТРОПОЛИТА

  В библиотеке моих родителей на почётном месте хранилась Толковая Библия с автографом митрополита Владимира (в миру Виктор Сабодан). Митрополит Владимир возглавлял Ростовскую и Новочеркасскую епархию с 1982 года. Потом он стал Предстоятелем Украинской православной церкви Московского патриархата.

  Родители всегда относились к митрополиту с уважением, почтением и любовью. А эта Библия является нашей семейной реликвией. Особенно дорожили они автографом митрополита Владимира, оставленным в ней:

«Дорогим Галине Николаевне и Минасу Георгиевичу в благословение.
Пусть эта книга Священная,
Спутница вам неизменная,
Будет везде и всегда.
Пусть словеса открываются
И небеса разверзаются
Вашей душе и сердцам.
С любовью
Владимир, митрополит Ростовский и Новочеркасский.
Январь 1989 года».

  Кстати, митрополит Владимир писал замечательные стихи! Его поэзия была наполнена добротой и любовью. Он был хорошо образованным, эрудированным человеком, прекрасно разбирался в литературе и искусстве.

  На мой взгляд, митрополит Владимир был настоящим христианином, миссионером, человеком с добрым сердцем и чистой душой. Он привёл в Церковь, приобщил к православию тысячи ростовчан, потому что люди, глядя на него, видели и понимали, каким должен быть настоящий христианин.

  Мне видится это именно так. И ещё. Митрополит Владимир был внимательным человеком. В те годы, когда он возглавлял Ростовскую и Новочеркасскую епархию, в дни церковных праздников обязательно кто-то из его помощников звонил к нам домой и поздравлял родителей. Таким образом мы узнавали, какие церковные праздники существуют.

   В 1992 году митрополит Владимир стал Предстоятелем Украинской православной церкви Московского патриархата. Ему был присвоен титул «Блаженнейший».

  В родительской библиотеке я нашёл также заметку о митрополите, которая была бережно спрятана в Библию. Эта заметка была опубликована в декабре 1988 года в газете «Известия». Называлась она «Ибо что сеется, то и будет пожато». Корреспондент М. Куштапин знакомил читателей с митрополитом, рассказывал о том, что он стал членом Центральной избирательной комиссии. Это считалось большим достижением перестройки. Впервые представитель Русской православной церкви был допущен в ЦИК. А тогда шли выборы народных депутатов СССР. Это политическое мероприятие считалось очень важным.

  Митрополит Владимир в тот период времени был также постоянным членом Священного Синода Русской православной церкви, патриаршим экзархом Западной Европы, членом президиума правления советского фонда здоровья и милосердия.

  Митрополит Владимир рассказал также корреспонденту «Известий», что Русская православная церковь перечислила в фонд помощи пострадавшим от страшного землетрясения в Армении, которое случилось 7 декабря 1988 года, один миллион рублей. Для советского времени это были большие деньги! Кроме того, епархии Русской православной церкви, их приходы, епископы, священнослужители и миряне впоследствии перечислили на помощь пострадавшим свыше трёх миллионов рублей. Всю эту помощь организовывал митрополит Владимир.

  Конечно, землетрясение в Армении — это была ужасная трагедия. Но горе республики тогда разделила вся страна, весь СССР. Помощь приходила со всего мира, все республики Советского Союза поддерживали пострадавший армянский народ. Тысячи ростовчан, среди которых было немало врачей, отправились в те страшные дни в Армению, чтобы оказывать помощь братскому народу.

  Помню, как мой папа, Минас Георгиевич Багдыков, в те годы уже известный в городе хирург, помогал армянским беженцам, оперировал и лечил их. Тогда ведь не было страховой медицины, а была советская система здравоохранения, при всех её минусах госпитализировать пациента не составляло труда. В то время во главу угла ставился только человек и его здоровье. Всё. Никакой экономической целесообразности, добровольного или обязательного медицинского страхования — только помощь человеку. Вот главный критерий. Сегодня в это верится с трудом, но тогда было именно так.

  Папа госпитализировал немало пациентов из Армении в медико-санитарную часть завода «Ростсельмаш» (ныне — Областная клиническая больница № 2). Из Армении к нему приезжали знакомые и даже малознакомые люди. И всем им оказывалась медицинская помощь в различных отделениях сельмашевской медсанчасти.

  И я знаю, как митрополит Владимир благословлял отца на этот труд, говоря о том, что помогать людям в трудную минуту и есть настоящее служение врача и призвание христианина.

  Хочу напомнить, что в восьмидесятые годы двадцатого столетия у нас в стране христианская религия была ещё не в почёте, как сейчас. За религиозные убеждения можно было поплатиться даже карьерой и работой.

  Лишь в годы перестройки при Горбачёве отношение к религии изменилось. И всё равно для меня тогда было удивительно и непонятно, что мой папа, в то время доцент кафедры хирургии факультета усовершенствования врачей, заместитель декана этого факультета, вместе со своим товарищем-хирургом профессором Александром Васильевичем Шапошниковым дружески общался с митрополитом Владимиром.

Профессор Александр Васильевич Шапошников и Минас Георгиевич Багдыков 

Знаю, что митрополит в свободное время с удовольствием приходил в гости к профессору Шапошникову, общался с его супругой и моей мамой, отцом. Они говорили о многом – о литературе, поэзии, искусстве, философии и даже о медицине.

  Помню, какими счастливыми и одухотворёнными приходили родители после этих встреч.

  Помню также, как к 1000-летию крещения Руси у нас в стране проходили торжественные мероприятия, стали открывать и приводить в порядок храмы, в том числе и в нашем городе. Стали также приглашать священников на различные мероприятия и в общественные организации.

  А вскоре, кажется, в ноябре 1989 года, впервые на Центральном телевидении появился с проповедью человек с библейской внешностью и в церковном одеянии, который привлёк внимание миллионов советских телезрителей, особенно он полюбился творческой интеллигенции. Звали этого человека Александр Мень.

  Тогда, даже несмотря на перестройку, всё это было необычно и странно. Ведь раньше на протяжении почти всей истории советской власти мы на государственном уровне или боролись с церковью и религией, или старались её не замечать, в лучшем случае.

  И вдруг наступило такое обновление, или новое мышление с ударением на букву «ы», как говорил тогдашний руководитель СССР Михаил Сергеевич Горбачёв.

  Лично для меня тогда символом этого обновления стал митрополит Владимир.

  Честно скажу, моя семья была и остаётся светской. Мы никогда не были воцерковлёнными в современном понимании этого слова. Но у нас, особенно у отца, было уважительное отношение к христианской религии. Мы всегда отмечали Рождество, Крещение, Пасху, соблюдали все старые нахичеванские армянские обычаи. Но делали это тайно. Старались отмечать эти праздники так, чтобы об этом никто не знал. Хотя, если честно, об этом знали многие наши соседи в Нахичевани и с удовольствием заходили к нам в гости, как бы случайно.

  Кстати, ещё одна особенность митрополита Владимира. Я уже упоминал, что в дни православных праздников обязательно кто-то из его помощников звонил к нам домой и поздравлял родителей. А поскольку календарь праздников Армянской апостольской церкви порой отличается от Русской православной, то нам ещё звонили домой по поручению митрополита Владимира и в те дни, когда армянская церковь отмечает праздники согласно своему календарю. Удивительно, конечно, но так и было.

  Митрополит Владимир за свою жизнь был награждён многими государственными медалями и наградами. Но главное, чему посвятил свою жизнь Блаженнейший митрополит Владимир, – это сохранение единства Русской православной церкви!

  Думаю, что не случайно смерть митрополита в 2014 году совпала с теми трагическими событиями, которые стали происходить на Украине.

  К сожалению, вместе с Блаженнейшим ушла и та Украина, которую он знал и любил.

  Есть одно удивительное и интересное обстоятельство, которое связано с митрополитом Владимиром, когда он был Предстоятелем Украинской православной церкви Московского патриархата.

  Дело в том, что мой дедушка Нагапет Серопович Явруян, мамин папа, был военным врачом, хирургом. Он, как и миллионы советских солдат и офицеров, погиб во время Великой Отечественной войны. И не просто погиб, а был замучен нацистами в концлагере «Гросс-лазарет» на Украине. Этот концлагерь находился возле города Славута Хмельницкой области.

  О трагической судьбе деда я со своим старшим братом Тиграном написал книгу «Испытание судьбой Нагапета Явруяна». И вот когда мы с братом работали над книгой, то узнали, что митрополит Киевский и всея Украины Владимир в городе Славута возле мемориала погибшим советским военнопленным в концлагере «Гросс-лазарет» совершил молебен. Он молился за всех погибших советских солдат и офицеров – русских, украинцев, армян, евреев, людей разных национальностей. Значит, он молился и за дедушку Нагапета.

  Конечно, митрополит Владимир не знал ничего о судьбе нашего деда. И от этого вся эта ситуация для нас становится ещё более трогательной до слёз. Как много в жизни бывает разных совпадений. Это то, что мы называем судьбой.

  Повторюсь, считаю, что Блаженнейший был человеком с добрым сердцем и душой поэта. Моя мама очень любила его стихи, особенно вот эти:

На письменном столе стояла роза —
Бесценное сокровище моё,
Поэзия среди житейской прозы…
Вода и свет — всё было у неё.
Но вдруг она глаза закрыла ночью
И голову склонила от тоски,
И, словно строчки песни, грустной очень,
Упали друг за другом лепестки.
Есть родина, я знаю, у любого
И яркого, и скромного цветка.
И во дворце, из золота литого,
Цветы задушит по земле тоска.
Им нужно солнце, и дожди, и грозы.
Гнездо им нужно на родной земле.
Я видел сам, как умирают розы.
Умрёт и эта — на моём столе.
Она уйдет из жизни безвозвратно.
Уже уходит. В каждом лепестке
Я слышу стон её на непонятном
И очень мне понятном языке.
Цветы, цветы… Зачем им жить под крышей?
Им не цвести за стенами квартир.
Хочу, чтоб этот тихий стон услышав,
Мы не лишали красоты наш мир.

  Толковая Библия с автографом митрополита Владимира продолжает храниться в квартире родителей в Нахичевани. Для нас с братом эта реликвия также бесценна и очень дорога. Да и напутствия митрополита Владимира также не менее важны.

  Ах, как же хотелось бы, чтобы «мы не лишали красоты наш мир».

Георгий БАГДЫКОВ