ЧТО ДЕЛАЛА ВЕЛИКАЯ КНЯГИНЯ ОЛЬГА В МОНАСТЫРЕ СУРБ ХАЧ?

  А вы знали, что сестра императора Николая II, Великая княгиня Ольга, в годы Гражданской войны нашла приют в Ростове, рядом с армянским монастырем Сурб Хач? Да-да. Именно так и было.

  Интересные воспоминания об этом оставила Великая княгиня Ольга Александровна Романова. Интересные и познавательные.

  Например, мы знаем, что в советские годы Сурб Хач был на грани исчезновения. Знаем также, что от полного уничтожения монастырь спасло создание Музея русско-армянской дружбы в 1972 году.
  Но мало кто слышал сегодня, что первые серьезные разрушения Сурб Хач получил даже не в годы безбожных пятилеток, а в Гражданскую войну.

  В книге «25 глав моей жизни» Великая княгиня Ольга Александровна пишет:

«Мы собирались отправиться в какой-нибудь городок на севере, но для того чтобы попасть туда, нужно было ехать через Ростов. По пути у нас с мужем сложилось какое-то необъяснимое чувство, что мы совершаем ошибку, отправляясь на север, и мы принялись довольно подробно говорить об этом. Пока мы сидели и обсуждали причины, по которым нам не стоит ехать на север, в наше купе вошел офицер. Мы не были с ним знакомы, но, когда разговорились с ним и рассказали о наших планах, он, используя все свое красноречие, объяснил нам, что было бы полным безумием ехать в город, где мы первоначально предполагали поселиться. Он посоветовал нам остаться на какое-то время в Ростове, и мы посчитали это знаком свыше. Мы с мужем были удивлены и в то же время счастливы, что наши сомнения так быстро разрешились. Наконец решение было принято: мы останавливаемся в Ростове, и от этой мысли мы оба испытали чувство радости и облегчения. Наш неизвестный друг был так любезен, что нашел нам комнату у одной богатой вдовы, которая жила в Ростове, и мы остались у нее на неделю, но, поскольку нам не хотелось злоупотреблять ее добротой, мы стали подыскивать себе другое жилье.
Через неделю мы нашли подходящее место — армянский монастырь, находившийся километрах в двадцати от Ростова. На самом деле это были лишь руины монастыря, который какое-то время назад подвергся нападению и был основательно разрушен. Дверь, еще не пущенная на дрова, болталась беспомощно на остатках дверных петель. Большая часть окон была выбита, с мебелью обошлись не лучше. Монастырь стоял на возвышенности, окруженной летними дачами и парками, и если бы все это было в порядке, то летом, вне всякого сомнения, здесь было бы чудное место для отдыха. Но сейчас оно было безлюдным и унылым. Мы расположились в длинном белом крыле с четырьмя комнатами и обустроили их настолько, насколько нам позволяли подручные средства. Мы набили несколько мешков соломой, заткнув ими выбитые окна, и нашли несколько дверей, которые еще можно было как-то использовать. К нашему великому удивлению и крайнему облегчению, мы обнаружили печку, которая превосходно обогревала все четыре комнаты. В округе было достаточно дров, что позволило безболезненно решить непростую проблему отопления».
(Великая княгиня Ольга Александровна. 25 глав моей жизни. Москва. Изд-во «Кучково поле». 2022. Глава 24. Еще одно бегство. Стр. 284−285)

  Читая воспоминания Великой княгини Ольги Александровны, мы понимаем, что в годы Гражданской войны армянский монастырь Сурб Хач был разорен, были разграблены дома и поселок вокруг него.

  Далее Ольга Александровна пишет: «Мы прибыли в монастырь осенью, рассчитывая прожить в нем, уж во всяком случае, всю зиму. Однако наше пребывание там оказалось значительно короче, и мы провели в монастыре лишь три с половиной месяца. Первое время, до того как начались морозы и выпал снег, мы гуляли по поселку. Иногда мы даже отваживались заглянуть внутрь какого-нибудь из соседних домов, разрушенных и разграбленных мародерами, но всегда слегка опасались того, что могло предстать нашему взору. В домах, куда мы заходили, валялись куски разбитой вдребезги мебели, картины были изрезаны ножом или вырезаны из рам; нетрудно было себе представить, что здесь происходило, когда мы видели пол, усыпанный осколками битого стекла, и пустые винные бутылки. Во многих местах мародеры срывали половицы в поисках спрятанных сокровищ, которые хозяева могли там оставить. Повсюду, куда бы мы ни ходили, обнаруживались следы чудовищного разгрома, который вызывал гнетущее чувство. Во многих местах происходили такие вещи, которые нельзя предавать печати. Все окрестные дома были брошены владельцами. Об этом говорили заросшие сады, где царствовали дикие вьющиеся растения. Их большие красные листья свисали гирляндами с балконов и деревьев подобно громадным каплям крови, навевая мысли о смерти и разрушении и еще больше усиливая и без того зловещую атмосферу».
(Великая княгиня Ольга Александровна. 25 глав моей жизни. Москва. Изд-во «Кучково поле». 2022. Глава 24. Еще одно бегство. Стр. 285−286)

  То есть армянский монастырь и поселок рядом с ним не просто пострадали в те годы, а именно подверглись погромам.

  Как вспоминает Ольга Александровна, в то время от разбоя и насилия страдали ни в чем не повинные люди.

«Время от времени, хотя и редко, к нам наведывались друзья из Ростова. Они всегда спешили вернуться в город до наступления темноты, так как ночные грабежи и убийства были заурядным явлением. Хотя у нас не было ничего, что могло бы соблазнить даже самого нищего вора, мы жили в постоянном страхе, что какие-нибудь заезжие банды грабителей найдут наше убежище. Однажды в нашу дверь неожиданно постучали, что случалось очень редко. В дверях стояла израненная бедная женщина. На нее напали и избили, она была вся окровавлена. Ее остановили, забрали все деньги, жалкое пальто и ботинки. Она стояла с босыми ногами, на ней не было ничего, кроме тоненького платья. Женщина продавала на рынке какие-то вещи, и по пути домой, неся с собой жалкие заработанные гроши, она была ограблена недалеко от нашего монастыря. Каким-то образом она сумела доползти до нашей двери. Бедняжка!»
(Великая княгиня Ольга Александровна. 25 глав моей жизни. Москва. Изд-во «Кучково поле». 2022. Глава 24. Еще одно бегство. Стр. 286)

  На мой взгляд, воспоминания Великой княгини Ольги Александровны Романовой для нас сегодня очень интересны и важны еще и потому, что мы можем судить по ним, что творилось в нашем городе перед приходом красных войск. Ведь Ольга Александровна покидала Ростов в сочельник. То есть перед самым приходом большевиков. Думаю, ей и ее семье несказанно повезло. Иначе их судьба была бы печальной. Наверняка у Великой княгини были очень хорошие и надежные друзья в Ростове, которые вовремя сообщили ей о том, что следует непременно покинуть город. Да и судьба к ней и ее семье оказалась благосклонной.

  Впоследствии, как мы знаем, находясь в эмиграции, Ольга Александровна получила известность как художница.

  Об этой удивительной истории Великой княгини и о многом другом мы постарались рассказать читателям вместе с ростовским краеведом Оксаной Мордовиной в брошюре «Монастырский сад. Из истории монастыря Сурб Хач».

  В этой брошюре рассказывается не только об истории монастырского сада Сурб Хач, но и о том, как на его территории проходили народные гулянья и отмечались мирские и религиозные праздники.

  Мы постарались открыть читателям новую, ранее неизвестную, а точнее — забытую страницу истории армянского монастыря Сурб Хач, подкрепляя свое повествование фотографиями, архивными данными и газетными публикациями дореволюционного времени.

  Надеемся, что наша скромная работа вызовет у читателей интерес к своему прошлому, к истории родного края. И если у нас это получится, мы будем счастливы.

Георгий БАГДЫКОВ.

P.S. Брошюру «Монастырский сад. Из истории монастыря Сурб Хач» можно приобрести в магазине «Факел» (ул. Советская, 7. Телефон: 8 (863) 251-18-00).