«СЁСТРЫ БЭРРИ» ИЗ КОЛЛЕКЦИИ РОДИТЕЛЕЙ

  У моих родителей на даче в Чалтыре собралась не просто большая библиотека, включающая в себя книги разных жанров – от классики до детективов, любовных романов, научных монографий и справочников. Она собиралась долгие годы. Начало ей было положено ещё моими дедушкой и бабушкой, когда семья жила на 23-й линии в Нахичевани.

  Но родители собирали не только книги – которые, кстати, почти все были ими прочитаны, – но и пластинки. Дело в том, что моя мама была музыкантом, скрипачом, заведовала струнным отделением в музыкальной школе имени М.Ф. Гнесина. Она нередко ставила своим ученикам записи скрипичной музыки и вообще разных классических произведений.

  Скажу больше: у нас дома устраивались настоящие вечера классической музыки. Нередко первого января или на Рождество к нам приходил в гости папин друг и родственник Тигран Ягубянц. Дядя Тигран был известным учёным-геологом, любил классическую музыку, знал биографии всех знаменитых композиторов, дирижёров, музыкантов.

  Помню, как мои родители садились с ним за праздничный стол, обедали, пили домашнее вино и слушали классическую музыку. Они могли посвятить этому занятию целый вечер. Например, ставили пластинки с произведениями Моцарта и Баха в исполнении одного симфонического оркестра, а затем те же самые произведения – в исполнении другого, после чего рассуждали о манере игры.

  Но не только пластинки с классикой были у нас в доме. Отец также любил эстраду, джаз, сам играл на скрипке и пианино. А потому в коллекции родителей хранилось немало пластинок с популярной эстрадной музыкой тех лет.

  Родители были гостеприимными людьми и, действительно, настоящими интернационалистами. Среди их друзей были люди разных национальностей, в том числе и евреи – это и музыканты, коллеги мамы по работе, и папины одноклассники. Кто-то из них потом уехал в Израиль или Германию, а кто-то, несмотря на все трудности перестроечного времени и лихих девяностых, остался здесь, на Родине, в России.

  Помню, когда в наш дом приходил папин одноклассник Павел Павлович Школьников, они с отцом ставили пластинку с записью сестёр Бэрри, пили чай с вареньем, пробовали домашнее вино, которое каждый год готовила мама вместе с моим старшим братом Тиграном, и рассуждали о жизни, вспоминали молодость, своих учителей и друзей.

  Кажется, уже в нулевые годы папа купил диск с записью сестёр Бэрри. Вообще, он всегда приглашал к себе в гости на дачу в Чалтырь своих одноклассников. Они дружили всю жизнь, как говорится, с первого класса и до тризны. Именно так и было.

  И каждый раз, когда дядя Павлик – или, как мы его ещё называли, Пал Палыч – приходил к нам, папа ставил сестёр Бэрри, которых тот очень любил. Когда дяди Паши не стало, папа ставил этот диск уже в память о нём.

  После смерти отца я очень долго не мог заставить себя пересмотреть его коллекцию пластинок и дисков. А когда наконец это сделал, то нашёл очень много интересного – и джаз Армении, и уже забытые записи советской эстрады, и Вадима Козина, и даже популярную некогда группу «Модерн Токинг», и, разумеется, сестёр Бэрри.

  Какое-то особое волнение охватило меня. Словно на машине времени я перенёсся в прошлое, где живы родители, их друзья, где ещё существовал тот мир, которого уже давно нет. Как, кстати, по сути, уже нет и той еврейской культуры идиш, которую собой олицетворяли сёстры Бэрри.

  Думаю, надо пояснить, кто они такие. Сёстры Бэрри, или Берри (Клэр и Мерна Бейгельман), – это американский дуэт, исполнявший песни на идиш, русском и английском. Их отец эмигрировал из Российской империи, мать – из Вены. И хотя родным языком девочек был идиш, они отлично пели и по-русски, и по-английски, разумеется.

  Дуэт был популярен не только в еврейской среде, но и среди русской эмиграции. Любили сестёр Бэрри и в Советском Союзе. Они даже в 1959 году посетили СССР с гастролями.

   Конечно, я на концертах сестёр Бэрри не бывал. Когда они приезжали в Советский Союз, меня даже в проекте не существовало. Но помню, как в детстве мне нравилась их песня «Бублички», которую они пели по-русски. Напомню, что «Бублички» – популярная с двадцатых годов прошлого века советская песня, текст которой написал Яков Ядов. Можно сказать, она стала своеобразным символом эпохи НЭПа.

  Ещё мне нравилась «Тум Балалайка» – одна из самых любимых и широко известных песен из фольклора восточноевропейских евреев (или ашкеназов, как их называют). Пели сёстры Бэрри и русские романсы, например, «Очи чёрные». Но, конечно, многие любили их песню «Бай мир бисту шейн». В переводе с идиш это означает «Для меня ты красива». Мелодия этой песни была очень популярна. Кстати, музыку написал американский еврейский композитор Шолом Секунда на слова Джейкоба Джейкобса в 1932 году для мюзикла на идише «Ме кен лебн нор ме лозт ништ» («Можно было бы жить, да не дают»).

  Повторюсь, популярность сестёр Бэрри была настолько велика, что в годы перестройки на фирме «Мелодия» выпустили пластинку «Тум Балалайка» с их хитами.

  Если вы помните, я уже писал, что почти не осталось той еврейской культуры идиш, которую собой олицетворяли сёстры Бэрри. Почему? Потому что, можно сказать, еврейский язык идиш уходит в прошлое. Когда-то на идиш говорили европейские евреи (ашкенази). В 1939 году, по данным Википедии, носителей этого языка насчитывалось 11 миллионов человек. Сегодня на идише уже мало кто говорит. Конечно, язык ещё существует, но уходит в прошлое потому, что в еврейском государстве Израиль говорят на иврите. Это очень древний, но другой язык – если так можно выразиться, язык иудаизма, который возродили в Израиле. А идиш фактически ушёл в историю.

  Но не может уйти в историю эта уникальная культура и те яркие личности, которые её представляли.

  А сёстры Бэрри навсегда останутся для меня связанными с друзьями родителей, с папиным одноклассником Пал Палычем Школьниковым и незабываемыми весёлыми семейными посиделками.

Георгий БАГДЫКОВ