Мальчик из села Малишка, или полный «ахурик»

  В 2001 году в Армении особенно торжественно отмечали 1700-летие принятия христианства. Меня и моего старшего брата Тиграна пригласили принять участие в этих торжествах в составе российской делегации. Делегация получилась представительной — нас было несколько сотен человек! В нее вошли актеры, писатели, журналисты, врачи, музыканты, банкиры, бизнесмены из Москвы, Ростова-на-Дону, Краснодара, Ставрополя, Сочи, Туапсе, Пятигорска, Кисловодска и так далее. Одним словом, со всей России.
Особо следует отметить, что в составе делегации были не только армяне, но и представители всех национальностей, проживающих в России: русские, евреи, казаки и другие. В состав ростовской делегации вошли руководители Нахичеванской-на-Дону армянской общины, а также ростовский муниципальный оркестр народных инструментов под управлением профессора, заслуженного деятеля искусств России Крикора Дзероновича Хурдаяна. Вот в этом оркестре мы с братом Тиграном выполняли важную миссию — носили гусли. Нас называли «почетными гуслярами».

  Наш ростовский музыкальный коллектив давал многочисленные концерты не только в Ереване, но и по всей Армении, в том числе в Нагорном Карабахе (Арцахе), в Степанакерте. Были мы и в Шуши.
Этот случай произошел, когда наша большая российская делегация возвращалась из Нагорного Карабаха. Я об этом эпизоде никогда не писал и публично не рассказывал. Но обо всем по порядку.

  Мы посетили село Малишка. Почему мы туда поехали?
Это село, в котором родился руководитель Союза армян России Ара Абрамян. В Малишке он построил церковь Святой Анны и музей русско-армянской дружбы, поражающий своей масштабностью. Помню, что тогда в музее был отведен специальный зал, рассказывающий о жизни донских армян, о Ростове-на-Дону и ростовской Нахичевани.
Кстати, помимо Музея дружбы армянского и русского народов (кажется, так он правильно назывался), на средства Ары Абрамяна была построена хорошая школа, оснащенная последними на тот период времени моделями компьютерной и оргтехники.
Много интересного тогда мы узнали о селе Малишка и о том, как оно прославилось на весь мир благодаря Аре Абрамяну.
Например, в день Святой Анны сюда в церковь приходят верующие и из других деревень. Это место паломничества не только для местных армян, но и для жителей всей округи. Как нам рассказали, Музей дружбы стал культурной достопримечательностью села. Именно сюда приезжают туристы. Кстати, насколько мне известно, Музей в разное время посещали Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II, Католикос Всех армян Гарегин II, бывший премьер-министр Советского Союза Николай Рыжков, послы иностранных государств и многие другие.

Мало кто знает сегодня в России, что Николай Рыжков очень почитаем и любим в Армении. Председатель Совета министров СССР Николай Иванович Рыжков (1985—1991) является Национальным Героем Армении. Это звание ему было присвоено в 2008 году. Знаю, что на тот момент Рыжков являлся единственным в истории Армении обладателем данного звания, будучи человеком не армянского происхождения. Более того, Николаю Ивановичу Рыжкову за весомый вклад в организацию восстановительных работ после страшного землетрясения в Армении 1988 года в городе Спитаке был установлен памятник. Он также является Почетным гражданином города Гюмри. И в этом же армянском городе в честь Рыжкова названа улица. Вот такой по-настоящему народный герой Армении.

  Но вернемся к нашему визиту в село Малишка. Для селян приезд нашей делегации был большим праздником. Шли народные гуляния, показывали свое искусство канатоходцы, веселили народ скоморохи.

  В церкви Святой Анны армянские священнослужители отслужили торжественную службу. В этот вечер было крещено немало детей села Малишка. Родители хотели крестить своих чад именно в этот праздник, посвященный принятию Арменией христианства как государственной религии. Российской делегацией были посажены деревья, разбит сад, чтобы еще краше и зеленее стала высокогорная Малишка. Прямо возле церкви состоялся торжественный концерт. Музыка, танцы, выступления народных коллективов — все это длилось очень долго. С большим успехом выступил наш ростовский оркестр русских народных инструментов под руководством Крикора Дзероновича Хурдаяна.

  Когда мы уезжали, селяне не скрывали, что очень жалеют, что пришло время расставаться.
— Нам очень понравился концерт. Мы полюбили вас, — говорили они нам. — Приезжайте к нам еще.
— Мы надеемся когда-нибудь вернуться, так как тоже полюбили вас, — отвечали мы.

Все было прекрасно. Но неожиданно к нам с моим старшим братом Тиграном подошел мальчик. На вид ему было лет десять-одиннадцать. Он обратился к нам по-русски:
— А вы откуда?
— Из России, — ответили мы.
— Вы русские?
— Нет. Армяне. Но русские армяне. Наши предки живут в России уже очень много лет, с 1779 года.
— Как? — удивился мальчик. — Я и не знал, что в России живут армяне так давно. Вы не похожи на армян. Разве есть русские армяне? Я думал, вы русские. А вы в Карабахе были?
Мы радостно кивнули.
— Мы не любим карабахских армян, — неожиданно заявил нам мальчик.
Я с братом сразу не понял, что сказал мальчик.
— Мы не любим карабахских армян, — вновь повторил он. — Они чужие, неправильные.
Ребенок как-то странно посмотрел на нас, словно так и не веря, что мы армяне и что вообще в России есть армяне. Потом улыбнулся, пожал плечами и ушел.

Мы с братом обалдели.
— Что это было? — обратился ко мне Тигран.
Я лишь удивленно пожал плечами. Такой диссонанс. Его, этот диссонанс со всем происходящим вокруг празднеством, передать словами сложно. Да у нас просто не было слов. Мы с братом лишь удивленно смотрели друг на друга. Но уже тогда мы поняли, что что-то не то происходит в Армении.
Помню, когда мы садились в автобус, Тигран обратился ко мне:
— Слушай, а зачем тогда все это было в нашей истории, зачем тогда столько жертв, если выясняется, что они уже с детских лет не любят карабахских армян?

  Повторю еще раз. Я был потрясен. Ведь этот ребенок не знал, кто мы. Мы случайные люди, гости из неведомой ему страны. И первое, что он сообщил нам, — это то, что они не любят армян из Арцаха. Значит, эта нелюбовь уже тогда всем там пропитала. А как иначе? Что мог понимать в этой любви или нелюбви друг к другу армян десятилетний ребенок? Получается, что все эти негативные отзывы о карабахских армянах он слышал от своих родителей, соседей, односельчан. Конечно, это мои домыслы. Но как иначе может быть? Другого объяснения случившемуся тогда у меня просто нет. Да и сейчас нет.

  Прошли годы. Этот мальчик, конечно же, подрос. За эти годы, к несчастью, выросло уже не одно поколение в Армении таких мальчиков, которые выбирают нынешнюю власть. Печально.

  «Неправильными» назвал мальчик из села Малишка карабахских армян. А ведь так, это хорошо помню, всегда называли таких армян, как я, «правильные» из Армении.
Шуртвац хай. В переводе это означает «перевернутый армянин», как бы неправильный.

  Да, я неправильный армянин, абсолютно обрусевший человек, не видящий ничего плохого в этом слове. Потому что Россия — моя Родина. Я мыслю по-русски, и душа у меня русская. Мои предки живут в России уже не одну сотню лет.
  И все-таки больно за Армению. Словно народ мельчает, стареет, деградирует, вырождается, безмолвствуя.

  Я все понимаю — тяжелые времена, потеря Арцаха, беженцы. Только вот разум терять не стоит никогда. Разум и совесть.

  Тот случай с мальчиком из села Малишка мне долгие годы казался нелепой случайностью. Я не хотел верить в очевидное. Дети, одним словом, что с них взять.
  Я думал, что какая-то бытовая ссора заставила мальчика сказать такое незнакомцам о карабахских армянах. Но оказалось все куда серьезнее.

  Мне порой кажется, что сейчас в Армении происходит полный «ахурик». Почему я так говорю?

  Есть такой населенный пункт Ахурик. Там существует пограничный пост. Эта граница с Турцией. Его охраняли российские пограничники. Теперь нынешние власти решили избавиться от защиты российских пограничников.
Власти Армении также убрали гору Арарат со штампов пересечения границы, расположенных на территории Турции. Правительство страны уже приняло соответствующее решение.

  Почему такое более чем странное решение приняло правительство Армении? Чтобы не раздражать Турцию и Азербайджан. Дело в том, что сегодня гора Арарат, которая всегда была символом Армении, находится в Турции. Армянское правительство не хочет, чтобы турки воспринимали это как посягательство на их территорию.
Кстати, турецкое название Арарата — Агрыдаг или Агры-Даг. Переводится с турецкого как «кривая гора» или «гора боли».

   На протяжении всей истории существования армян как нации библейская гора Арарат была для них священна. Более того, во всем мире она считается самым известным символом Армении. Но как оказалось, для всех, кроме Никола Пашиняна и его правительства.

  По секрету (но так, чтобы не услышал Никол Воваевич) расскажу, что великий художник Иван Константинович Айвазовский написал картину «Сошествие Ноя с горы Арарат». Говорят, что на выставке в Париже на вопрос о наличии в его творчестве армянских видов Айвазовский ответил: «Вот наша Армения». И подвел посетителей выставки к картине «Сошествие Ноя с горы Арарат».

  К сожалению, в силу ряда политических причин территория, на которой находится гора Арарат, перешла от Армянской ССР к Турции по Московскому (1920 год) и Карскому договорам (1921 год).

  Существует интересная легенда. Рассказывают, что на вопрос турецких дипломатов, почему на гербе Армянской ССР изображен Арарат, который теперь не является частью Армении, нарком иностранных дел Чичерин ответил: «На флаге Турции изображен полумесяц, но Луна не является частью Турции».
 

  Ладно, не мое это дело, неправильного армянина. Пусть свою судьбу решают «правильные армяне» из Еревана сами. Вот только жаль Армению. Ведь если ничего не поменяется в политике и психологии армян, то их может ожидать полный «ахурик».

Остается лишь верить в чудо и Господа, который, надеюсь, смилуется и спасет многострадальный народ.

Георгий БАГДЫКОВ.