УЗНИК КОНЦЛАГЕРЯ «ГРОСС-ЛАЗАРЕТ»

УЗНИК КОНЦЛАГЕРЯ «ГРОСС-ЛАЗАРЕТ»

09.05.2024 Автор Георгий Багдыков 158

   У каждой семьи есть своя печальная история, связанная с Великой Отечественной войной. Такая история есть и у нашей семьи. Хотел бы рассказать о своем дедушке Нагапете Сероповиче Явруяне, который, как и многие миллионы советских солдат и офицеров, не вернулся с фронта.

   Книгу «Испытание судьбой Нагапета Явруяна» я написал вместе со своим старшим братом Тиграном Багдыковым. Эта книга посвящена судьбе нашего деда, военного врача, погибшего в годы Великой Отечественной войны в фашистском концлагере «Гросс-лазарет» на Украине.

   Судьба Нагапета Явруяна была типичной для предвоенного поколения. Парень из села Чалтырь поступил в Ростовский мединститут. Учился дедушка хорошо, занимался общественной работой.

   О нем даже в институтской многотиражке написали такие стихи:

…Туда, где слабых много,
В работе где изъян,
Придёт вам на подмогу
Товарищ Явруян…

   После окончания вуза получил целевое распределение в родное село. Спустя год мединститут окончила и его жена, наша бабушка Арекназан Крикоровна Кристостурян. Ее распределили на работу в Чечено-Ингушскую АССР. Нагапет Серопович уехал вместе с ней. Через год он был призван в ряды Красной армии. Когда началась Великая Отечественная война, ушел на фронт. В это время его дочери Гале был всего годик.

   О судьбе деда долгие годы мы ничего не знали. Пришло лишь короткое сообщение: пропал без вести. И все. В таком положении после войны оказалось много советских семей.    О том, что Нагапет Явруян попал в плен, рассказывали его однокурсники.

   Но лишь в мае 1997 года областная газета «Молот» опубликовала списки погибших узников концлагеря «Гросс-лазарет». Там оказалась и фамилия нашего деда. Фашисты замучили в этом лагере не менее 150 тысяч советских солдат и офицеров. На фотоснимках, сделанных при обследовании лагеря в 1944 году советскими следователями, видны люди-скелеты и множество могил, в которых похоронены десятки тысяч советских военнопленных и мирных граждан города Славута, в том числе еврейской национальности.

   Моя мама всегда бережно хранила письма своего отца с фронта. Может, их было и не так много, но все они перечитывались десятки и сотни раз. И такая в этих строках была любовь, трогательность и нежность…

    Последнее письмо было написано 28 июня 1942 года. Оно было тревожным, чувствовалась какая-то недосказанность. В этом письме была такая строчка: «…Война еще не окончена, а если наша дочь счастливая, я буду живой!»

   Наша мама долгие годы пыталась выяснить судьбу своего отца. И в 1998 году на ее запрос о судьбе отца пришел ответ с Украины. Тогдашний генеральный директор национального музея истории Великой Отечественной войны А. С. Артемов написал:

«Об обстоятельствах гибели вашего отца Нагапета Сероповича Явруяна можем сообщить следующее. Его фамилия была записана в одной из книг умерших узников „Гросс-лазарет“, которые составляли тайком члены подпольной группы. Сейчас эти три уцелевшие книги в экспозиции нашего музея. Лагерь занимал десять трехэтажных каменных зданий-блоков, ваш отец, судя по записям в книге, находился в 5-м блоке, терапевтическом. В лагере было сосредоточено одновременно 15−18 тысяч военнопленных. Помещения не отапливались, водопровод не работал, медикаменты и перевязочный материал почти отсутствовали, кормили два раза в день. Проводились медицинские опыты по распространению инфекционных заболеваний…»

    Читать эти документы страшно. Это был настоящий ад на земле. Мы также узнали, что на все предложения фашистов о сотрудничестве военврач, офицер Красной армии, военный хирург Нагапет Явруян отвечал отказом. Он сказал немецким офицерам: «Я буду рядом со своими солдатами и разделю их участь…».

   Приведу еще выдержки из письма генерального директора музея А.С. Артёмова, которое было написано 23.04.98 года: «Смертность была огромна… Всего за время существования лагеря здесь погибло более 150 тысяч военнопленных».

    С книгой «Испытание судьбой Нагапета Явруяна» связано и такое интересное совпадение. Друг нашей семьи Галина Григорьевна Цой родилась в Ростове, но детские годы провела в городе Славута. Именно там располагался фашистский концлагерь «Гросс-лазарет», где погиб наш дед. Галина Григорьевна побывала в Славуте, поклонилась светлой памяти погибших советских солдат и офицеров. Цой посетила музей и братское кладбище. Директор музея Станислав Ковальчук передал нашей семье книгу «Славута. Возрождение памяти». В ней собраны все документы и фотографии, рассказывающие о зверствах фашистов в этом лагере.

   Именно эти исторические документы, рассказывающие об ужасах фашистского концлагеря «Гросс-лазарет», легли в основу нашей с братом книги «Испытание судьбой Нагапета Явруяна». Этот труд посвящен не только светлой памяти нашего деда, но и всем героически погибшим в этом страшном концлагере советским солдатам и офицерам

   Приведу лишь несколько цитат из специального акта, который был написан 20−23 января 1944 года по поручению командования Киевско-Глуховской Краснознаменной 226-й дивизии и городского совета г. Славута:

«Для характеристики бытовых условий военнопленных необходимо привести следующие примеры: травля собаками, расстрел в очередях за баландой, избиение палками, резиновыми шлангами, свинцовыми кабелями, принуждение голодных пленных петь строем „Катюшу“. За право получить по одному огурцу у пленных отнимали последнюю одежду и обувь. Право издеваться имеет каждый немецкий солдат. Конкретными виновниками этих кошмарных условий являлись немецкое правительство и военное командование, распоряжение которых выполнял немецкий доктор медицины и философии Штурм».

   Судя по всему, у немецкого доктора медицины и философии Штурма была какая-то уж очень изощренная и извращенная философия… С другой стороны, чего еще ожидать от нациста?

   Из других документов мы можем узнать, что концлагерь располагался в десяти трехэтажных корпусах бывшего военного городка на окраине города Славута. Питание военнопленных заключалось в выдаче 250 граммов хлеба, изготовленного со значительной примесью древесных опилок. Кроме того, выдавалось около двух литров так называемой «баланды» − супа из гнилого нечищеного и зачастую немытого картофеля, шелухи от круп, гнилых овощей.

    Впоследствии освобожденный из плена лейтенант Панкин вспоминал: «…Мне приходилось лично видеть, как пленные, доведенные голодом до отчаяния, ели крыс… Были такие смельчаки, которые пытались украсть пару картофелин с воза, но за это расплачивались избиением, натравлением на них собак и т. п. Таких смельчаков называли у нас пикировщиками».

    Антисанитарное состояние помещений, в которых размещались советские военнопленные, было совершенно ужасающим. Бывший военнопленный военврач Иноземцев вспоминал: «В одной палате размещалось до 300 человек. Такое размещение было в так называемом „лазарете“. Подстилки никакой не было. Не было и соломы. Некоторые лежали совершенно голыми. Инфекционные больные часто перемешивались с ранеными. Вшивость среди больных повальная, и заболевание сыпным тифом все время увеличивалось. Санитарной обработки в лагере не было. Больные даже не умывались из-за отсутствия воды. Можно было видеть больных, которые, пользуясь проходящим дождем, умываются в лужах».

   Конечно, созданные нацистами ужасные и бесчеловечные условия в концлагере «Гросс-лазарет» способствовали распространению различных заболеваний, в том числе сыпного тифа, дизентерии, туберкулеза, различных кожных и других инфекционных болезней.

    Следует также отметить, что медицинская помощь советским военнопленным практически не оказывалась. Судя по документам, пленных советских солдат и офицеров пытались лечить наши же военнопленные врачи. То есть пленные и обессиленные доктора, среди которых был и мой дед Нагапет Явруян, пытались лечить своих однополчан какими-то подручными средствами. Но что они могли сделать? Медикаментов немцы почти не давали. По тем документам, которые приведены в книге «Славута. Возрождение памяти», на тысячу больных иногда (!) выдавалось 15−20 таблеток аспирина. Перевязочным материалом немцы также не снабжали.

   Можно только представить, какими запущенными были раны у наших солдат и офицеров, какие страшные были осложнения от ранений. По некоторым данным, бывало, что в день умирало до 300 наших военнопленных.

 А вот что пишет начальник политического управления 1-го Украинского фронта генерал-майор С. Шатилов»:

«По словам бывших военнопленных и жителей г. Славута ежедневно в лагерь прибывали 1-2 эшелона с пленными с различных фронтов, после сортировки отправлялись в Германию и другие лагеря партиями по 5-8 тысяч человек. Большое количество пленных были ранены и больны. Они в основном оставались в лагере Славута».

   Далее генерал Шатилов описывает, что творили нацисты с советскими военнопленными: «По сведениям русских военнопленных врачей Гарбуза, Захарова, Попова, немцы вызывали через впрыскивания бактерий в хлеб искусственное заболевание людей, которое сопровождалось через несколько часов после принятия хлеба сильными болями в желудке и рвотой. Человек за несколько часов худел, тело чернело, и немедленно наступала смерть».

   Наших солдат и офицеров пытали.

«В лагере, в подвале одного из домов, было обнаружено место пыток, где была масса неубранных трупов со следами зверских истязаний и пыток на телах замученных. Почти ежедневно целыми группами военнопленные свозились на кладбище и расстреливались»

(Политдонесение. О массовом истреблении фашистскими палачами советских военнопленных и мирных граждан в немецком лагере в г. Славута. Начальник политического управления 1-го Украинского фронта генерал-майор С.Шатилов)

   Кстати, генерал Сергей Савельевич Шатилов (1901-1972) указывает и конкретных виновников всех этих ужасных злодеяний. Он пишет: «Основными виновниками зверств, чинимых немцами над попавшими в плен советскими офицерами и солдатами, а также расстрелов мирных советских граждан являются руководители германского фашистского правительства и командование германской армии. Конкретными виновниками, кроме того, являются: комендант лагеря — капитан Ноэ, главный врач — Нейгауз, фельдфебель — Беккер.  Соучастники и непосредственные исполнители этих преступлений из числа советских граждан в настоящее время выявляются соответствующими органами советской власти».

   Я уверен, следует оставаться человеком при любых обстоятельствах. Надо хотя бы стараться это делать.

   Работая над книгой «Испытание судьбой Нагапета Явруяна», понял, что в жизни бывают самые невероятные совпадения.

   Ветераны войны, которые учились с моим дедушкой, рассказывали мне, что в тридцатые годы, будучи комсоргом в мединституте, он защищал так называемых «детей врагов народа». С ним училась дочь военачальника Петра Калмыкова, которого оклеветали и незаслуженно репрессировали.  Его дочь, Веру, хотели выгнать из комсомола, а значит, из мединститута. Такие тогда были правила. Но Нагапет Явруян вступился за нее, сказав, что она не может и не должна отвечать за отца. Веру оставили в комсомоле, и она продолжила обучение в мединституте. Петра Калмыкова вскоре выпустили на свободу. Во время Великой Отечественной войны он стал генералом.

   Прошло время… Моя мама в шестидесятые годы познакомилась и подружилась с дочерью Веры Петровны. Мама, конечно, ничего не знала об этой истории. Но ей было очень приятно услышать, что ее отец, по сути, спас мать близкой подруги от отчисления из мединститута.

   Есть еще одно интересное совпадение, связанное с книгой «Испытание судьбой Нагапета Явруяна». Мои родители в годы перестройки тесно общались с митрополитом Владимиром (Виктор Сабодан).

   Напомню, митрополит Владимир возглавлял Ростовскую и Новочеркасскую епархию с 1982 года. Потом он стал Предстоятелем Украинской православной церкви Московского патриархата. Библия, подаренная митрополитом Владимиром, является нашей семейной реликвией.

   Митрополит Владимир не знал ничего о судьбе моего деда. Но так получилось, что он как митрополит Киевский и всея Украины лично возложил венок на могилу советских пленных. Мемориал располагается на месте бывшего концлагеря. Митрополит Владимир молился за всех погибших советских военнопленных – русских, украинцев, армян, евреев, людей разных национальностей. Значит, он молился и за моего дедушку Нагапета.

   Наша книга «Испытание судьбой Нагапета Явруяна» вышла в свет в 2014 году. В этом же году началась война на юго-востоке Украины. И в этом же году, в июле 2014 года, ушел из жизни Блаженнейший митрополит Киевский и Всея Украины Украинской православной церкви Московского Патриархата Владимир. Митрополит всем сердцем любил Украину и Россию. Светлейший, конечно, был не в силах остановить эту войну. Конечно, он уже был немолод, болел. Но думаю, его сердце не выдержало такой боли.

   Как много в жизни бывает совпадений. Это то, что мы называем судьбой.

   Есть еще одно интересное обстоятельство, о котором не могу не вспомнить. Когда Нагапет Явруян уходил на фронт, он подарил своей годовалой дочери Гале, нашей маме, брошь, изображающую нотный стан со скрипичным ключом. Он хотел, чтобы его дочь связала свою жизнь с музыкой. Моя мама осуществила его мечту: стала музыкантом, скрипачом. После обучения в консерватории долгие годы преподавала по классу скрипки в детской музыкальной школе имени Гнесина в Ростове-на-Дону, заведовала в ней струнным отделением. Многие ее ученики стали незаурядными музыкантами.

   Уверен, самое страшное, что есть на свете, – это война и смерть, а самое прекрасное – это дарить людям любовь, радость и учить добру.

   И еще я хочу верить в то, что героический подвиг советских солдат и офицеров не будет забыт никогда! И пусть никогда и нигде в мире нацизм не сможет больше поднять голову!

    Вечная память всем погибшим за нашу Родину в Великой Отечественной войне!

Георгий БАГДЫКОВ.